Дорога в преисподнюю

Этим летом я, Паша и Кирилл решили снять охотничий домик в лесу.

Проснувшись рано утром, мы собрали вещи и поехали в этот охотничий дом.

Дорого была очень долгая, Кирилл и Паша решили вздремнуть, а я сел за руль.

Часа через 2 я выехал на дорогу, которая вела прямиком в наш домик.

Дорога была ужасная — везде ямы, так что от такой тряски Паша и Кирилл проснулись.

Они начали разговаривать о том, кого можно поймать из зверей в этом лесу,

где ставить ловушки и так далее.

Я лично ехал не для того, чтобы убивать животных для трофея и свежего мяса, меня интересовала красота этого места. Я фотограф — любитель и веду свой интернет — журнал,

куда я выкладываю свои фотографии.

Проехав еще километров сорок, мы начали сомневаться, туда ли мы свернули?

Достав карту, мы убедились, что едем правильно и что через пять километров будет заправка.

Проехав километра два, мы увидела рекламный щит с надписью « Закусочная Гарри».

Время было уже часов пять вечера, так что мы решили остановиться и перекусить.

Остановившись у этой закусочной, Паша и Кирилл были удивлены,

что вместо сторожевой собаки на цепи был дикий волк.

Я достал фотоаппарат и решил сфотографировать закусочную и волка, который сидел на цепи. Зайдя внутрь закусочной, мы сели. К нам подошла официантка и спросила, что мы будем заказывать. Мы заказали: три бизнес ланча.

В закусочной кроме нас еще сидела пожилая женщина. Честно говоря, она была похожа на ведьму. На ней был черный балахон, весь изъеденный молью, на руках были бородавки, а правый глаз у нее был стеклянный. Она заметила, что я на нее смотрю, повернулась в сторону нашего столика и начала ехидно смеяться. Рукой она вытащила свой стеклянный глаз и начала его облизывать, продолжая ехидно смеяться и смотреть в нашу сторону.

Кирилл взял мой фотоаппарат и крикнул: «Улыбнись сестренка!» и сфотографировал её.

После того, как Кирилл ее сфотографировал, мимика ее лица начала меняться: она стала скалить зубы, сжимала кулаки и я увидел, как из ее рук потекла кровь.

«О Боже» подумал я.

Она встала, и шаркая ногами, подошла к нашему столику, достала свой стеклянный глаз

и кинула его к нам на столик. Глаз разбился на мелкие кусочки.

Я посмотрел ей в глаза, они обливались кровью от злобы.

Она сказала: «Благословенные грешники, настал судный день» и ушла.

Мы сидели за столом еще минуты две, у каждого из нас крутились разные мысли в голове.

Думали о том, что она навела на нас порчу или проклятие.

Покинув забегаловку я, посмотрев на небо, увидел темные тучи и раскаты молний,

волк который сидел на цепи начал выть. Я сразу же вспомнил, что говорила мне бабушка:

«Волки воют только к покойнику»

Сев за руль, мы поехали дальше, пытаясь забыть эту странную старушку.

Минут через пятнадцать начался ливень с грозой.

Я попытался найти хоть одну радиостанцию, чтобы хоть как- то отвлечь себя от жутких мыслей. Нашли одну радио станцию, которая работала еле-еле, поскольку мы уже были глубоко в лесу и связь тут плохо ловилась. Тучи закрыли все небо и стало жутко темно.

Я включил фары, посмотрев на заднее сидение машины, и увидел, что Паша и Кирилл снова заснули.На лице у меня появилась улыбка, я подумал: «Как же они будут охотиться на зверя, если постоянно засыпают»

Повернув голову вперед на дорогу я увидел, что на дороге стоит эта старая бабка.Я резко нажал на тормоз, Паша и Кирилл от резкого тормоза ударились об передние сидения машины.

Паша крикнул мне: «Ты чего делаешь?»

В ответ ему, дрожащим голосом я сказал: «Посмотри вперед»

Они оба посмотрели вперед и не могли поверить своим глазам, на дороге стояла та бабка, что была в закусочной. Как она могла так быстро добраться сюда?

Я вышел из машины и сказал: «Простите пожалуйста нас за тот глупый инцидент, который произошел в закусочной»

Она посмотрела на меня удивленными глазами и пошла в мою сторону, начиная ехидно смеяться. Я стоял и не двигался, боясь даже что-нибудь сказать. Она подошла ко мне

и ударила меня рукой по лицу. Удар был на столько сильный, что я упал на асфальт.

Кирилл и Паша, наблюдая за этим из машины, резко выскочили из нее.

Паша пошел поднимать меня, а Кирилл начал говорить разные грубости в сторону бабки.

Она смотрела на Кирилла и смеялась, после чего он сказал ей: «Прекрати смеяться, сумасшедшая старуха! Ты могла убить моего друга!»

Ее лицо снова изменилось, как в той закусочной. Я понял, что это не к добру.

Ее глаза начали наполняться кровью от злобы, она открыла рот и из него полетели пчелы.

Они облепили Кирилла, он кричал и звал на помощь. Я не мог поверить своим глазам!

Она закрыла рот, задрала голову вверх и начала громко смеяться.

Кирилл упал на землю и не двигался, я понял что он мертв.

Мы с Пашей побежали в машину и заперлись. У нас началась самая настоящая паника.

Как такое вообще возможно? Я посмотрел в окна, но не видел бабки, сердце у меня тогда колотилось вовсю

Паша начал искать в сумках телефон, чтобы позвонить. Я перебрался с заднего сидения на переднее, чтобы уехать отсюда. Как вдруг перед машиной появилась снова эта бабка.

В руках у нее были ключи от машины, она махала ключами и смеялась.

Я сказал Паше, чтобы он посмотрел.

Он смотрел на старуху, а из глаз его текли слезы.

Мой взгляд перешел на Пашу и я увидел, как его лицо начало таить как лёд.

Я сказал ему: «Твое лицо!»

Он дотронулся рукой до своего лица, и оно прилипло к его ладоням.

Он начал убирать руки от лица и кожа его начала тянуться как резина.

Я смотрел на него, из глаз текли слезы, я понимал, что нас ждет мучительная смерть.

У Паши пошла пена изо рта. Хриплым, едва слышимым голосом, он сказал: «Помоги мне»

В туже секунду Паша упал на пол.

Я повернул голову на соседнее сидение рядом со мной и закричал!

Там сидела эта старуха.