Мертвый старик

В конце девяностых хозяин фирмы, где я тогда трудился, решил баллотироваться в депутаты. И, как это часто случается в нашей стране, применив административный ресурс, в первую очередь, он «припахал» своих подчиненных, в том числе и меня. Так что по вечерам и в выходные, за хорошие деньги, я ходил по квартирам и домам Перми, собирая бесценные автографы местного электората.

В одном обшарпанном бараке я, волей случая, позвонил в двери одной своей знакомой, с которой мне видится, приходилось крайне редко, но отношения у нас были весьма доверительные. Жила она одна с маленькой дочкой лет пяти. В комнату в этом бараке она перебралась совсем недавно, судя по всему, после развода. Комнатка эта была тесная до безобразия, беднота страшная, но вокруг было чисто. За маленьким столом с чаем и плюшками Лена начала рассказывать о своей тяжелой жизни. И не о нехватке денег и плохих жилищных условиях.

Рассказала, что каждую ночь дочка стала просыпаться, со страхом и слезами жалуясь, что по комнате ходит страшный дед, от которого ужасно воняет.

«А я и сама чую, что иногда ни с того ни с сего, как повеет удушливым зловонием. Все вымыла в комнате хлоркой, но вонь периодически появляется снова. Но это еще не все. У нас иногда вещи передвигаются сами. Пару раз посуда из шкафчика сама падала и разбивалась вдребезги. А позавчера вообще случилось такое, отчего мне из дома выходить страшно. Поздно вечером, когда мы уже лежали в постели, вдруг запахло горелым. В темноте вижу – через щель двери санузла, как что-то светится. Я подскочила и бегом туда, смотрю – горит рулон с туалетной бумагой. Хорошо кран рядом – тут же потушила огонь. А ведь снова полыхнуть может!»

Видно было, что моя знакомая обеспокоена на полном серьезе. А ведь я совершенно ничем помочь не могу. Пока сидели с ней за столом, ничего сверхъестественного не происходило. А сидеть долго я тоже не мог – нужно было собирать подписи. Распрощавшись с Леной и прихватив парочку плюшек с собой, я двинулся дальше по квартирам, а если правильнее, по кладовкам барака. Лена проживала на первом этаже, и до нее я уже собрал подписи в одной стороне здания. Поэтому направился в противоположную сторону, так как там тоже были подъезды.

В третьем подъезде, как раз напротив Лениной коморки, я вдруг почувствовал отвратительный кислый запах. Конечно, в этом здании пахло далеко не французскими духами, но этот запах вообще сбивал с ног. Я постучал в первую дверь, а потом просто толкнул ее (по опыту я уже понял, что многие здесь не закрывают двери на замок). Дверь подалась, и я понял, что очаг запаха здесь. Раз смердит, значит, есть люди, то есть, электорат с необходимыми подписями на месте. То, что я увидел в комнате, чуть не заставило меня упасть в обморок. На полусгнившем полу, лежал полностью голый старик.

Единственная, серая грязная простыня едва прикрывала его ноги до колен. Дед был живой, но вонял, как дюжина покойников. Увидев меня, жуткий дед зашевелился и судорожно приподнялся на одной руке, а вторую он протянул в мою сторону. Я с ужасом подумал, что сейчас он встанет и двинется на меня. Я поздоровался с ним и произнес свой отработанный текст о необходимости подписать бумагу. На все мои вопросы он что-то мычал нечленораздельно, бешено вращая вытаращенными глазами…